Цель – оценить взаимосвязь динамики периоперационного кумулятивного гидробаланса с частотой развития тяжелых осложнений после неотложных и плановых абдоминальных операций высокого риска.

Материалы и методы. Выполнили ретроспективное когортное исследование на базе отделения анестезиологии и реанимации (ОАР) многопрофильного стационара третьего уровня. Критерии включения: возраст старше 18 лет, госпитализация в ОАР после проведения лапаротомии. Регистрровали кумулятивный гидробаланс (КГБ) и индекс перегрузки жидкостью (Percent Fluid Overload, PFO) в течение 5 суток. Первичная конечная точка: осложнения IIIB–V степени по Клавьен – Диндо в течение 90 дней. Применяли многофакторный логистический регрессионный анализ.

Результаты. Включено 147 пациентов. Частота развития всех послеоперационных осложнений составила 85%, тяжелых (IIIB–V степени) – 32%, летальность 22,4%. При многофакторном анализе установлено, что увеличение КГБ и PFO на конец первых суток послеоперационного периода является независимым предиктором развития жизнеугрожающих осложнений: скорректированное отношение шансов (ОШ) для КГБ составило 1,31 (95% ДИ 1,07–1,60; p = 0,01) на 1 литр; для PFO 1,17 (95% ДИ 1,05–1,32; p = 0,005) на 1%. Показатель PFO продемонстрировал устойчивость к влиянию экстремальных значений выборки, а также при проведении бутстреп-анализа с коррекцией смещения (bias-corrected and accelerated ДИ95% 1,02–1,33). При анализе графика предсказательной вероятности выявлены пороговые значения, ассоциированные со значимым повышением риска осложнений: КГБ > 6 л (ОШ 3,8; ДИ_95% 1,3–10,3; p = 0,013) и PFO > 8 % (ОШ 3,3; ДИ_95% 1,3–8,4; p = 0,011).

Выводы. У пациентов после неотложных и плановых абдоминальных операций высокого риска развитие жизнеугрожающих осложнений ассоциируется с положительным периоперационным гидробалансом. При этом превышение PFO более 8% на конец первых суток послеоперационного периода может служить клиническим триггером для деэскалации инфузионной терапии, перехода к комплексному мониторингу гипергидратации и/или дересусцитации.

Цель – оценить связь объема интраоперационной инфузионной терапии с риском развития гиперлактатемии у пациентов после кардиохирургических операций с искусственным кровообращением.

Материалы и методы. В одноцентровое проспективное когортное исследование включены 733 взрослых пациента, перенесших кардиохирургические операции в условиях искусственного кровообращения (ИК) в 2024–2025 гг. Общий объем интраоперационной инфузионной терапии (кристаллоиды, коллоиды; объем прайминга контура ИК исключался из анализа), нормированный на массу тела (мл/кг), использовался как показатель экспозиции. Пациенты были стратифицированы по квартилям распределения данного показателя: первый квартиль (Q1) составил группу низкого объема инфузии «рестриктивная», второй и третий квартили (Q2–Q3) – группу среднего объема «умерен- ная», четвертый квартиль (Q4) – группу высокого объема «либеральная». Границы квартилей рассчитывались на основе распределения объема инфузии во всей исследуемой когорте. Гиперлактатемию определяли при уровне лактата ≥3 ммоль/л, зафиксированном в первые 6 часов после поступления в ОРИТ. Тип гиперлактатемии (ишемический или метаболический) определяли с использованием алгоритма дифференциации, основанного на комбинации уровня лактата, показателей ScvO₂, Pv-aCO₂ и клиренса лактата за 6 часов. К признакам тканевой гипоперфузии относили ScvO₂ < 65%, Pv-aCO₂ > 6 мм рт. ст. и клиренс лактата < 10%. Для оценки независимой связи между объемом инфузионной терапии и типом гиперлактатемии использовали мультиномиальную логистическую регрессию, поскольку исходная переменная включала три категории: отсутствие гиперлактатемии, ишемический и метаболический тип.

Результаты. Общая частота послеоперационной гиперлактатемии (лактат ≥3,0 ммоль/л в первые 6 часов после поступления в ОРИТ) в общей когорте (n = 733) составила 30,2%. Медианный объем интраоперационной инфузии значимо различался между группами (p < 0,001). Частота ишемического типа гиперлактатемии имела U-образный характер: наименьшая частота наблюдалась в группе умеренного объема инфузии (9,5% в расчете на всю группу пациентов), тогда как в группе низкого объема («рестриктивной») частота увеличивалась (13,1%), а вероятность данного типа гиперлактатемии также возрастала по данным регрессионного анализа (ОШ 1,52; 95% ДИ 1,01–2,29; p = 0,04), достигая максимума в группе высокого объема («либеральной») (18,0%; ОШ 1,95; 95% ДИ 1,28–2,98; p = 0,002). Это наблюдение согласуется с результатами анализа непрерывной переменной, при котором наименьший риск данного типа гиперлактатемии соответствовал диапазону примерно 35–45 мл/кг. Частота метаболического типа гиперлактатемии различалась между группами (p = 0,001), однако без направленной зависимости и без нелинейного тренда.

Заключение. При кардиохирургических вмешательствах с ИК связь между объемом интраоперационной инфузионной терапии и ишемическим типом гиперлактатемии носит U-образный характер. Наименьший риск гипоперфузионного варианта гиперлактатемии наблюдается при умеренном объеме инфузии (35–45 мл/кг). Полученные данные предполагают, что умеренный объем инфузионной терапии может быть ассоциирован с более благоприятным профилем тканевой перфузии после кардиохирургических операций.

Введение. Пациенты с сердечно-сосудистой патологией, которым выполняют лапароскопические операции, имеют высокий риск развития различных послеоперационных осложнений. Значительная часть этих осложнений обусловлена гипоперфузией спланхнических органов, вызываемой пневмоперитонеумом, и сопутствующими хроническими патологическими состояниями. Несмотря на продемонстрированное органопротективное действие ингаляционного оксида азота (iNO) в кардиохирургии, его применение при лапароскопических вмешательствах не изучено.

Цель – определить, оказывает ли интраоперационная ингаляция оксида азота в дозе 40 ppm влияние на кардиальные, эндотелиальные, гемостатические показатели у пациентов с сердечно-сосудистыми заболеваниями (ССЗ), нуждающихся в лапароскопическом вмешательстве на органах брюшной полости.

Материалы и методы. Проведено пилотное рандомизированное исследование с участием 40 пациентов с ССЗ, которым выполняли длительные лапароскопические вмешательства. В основной группе (n = 20) iNO подавался с помощью аппарата АИТ-NО-01 («Тианокс», Россия) в концентрации 40 ppm с контролем содержания диоксида азота (NO₂) и метгемоглобина. В контрольной группе (n = 20) анестезиологическое обеспечение операции не включало дополнений.

Результаты. iNO в дозе 40 ppm хорошо переносился, нежелательных явлений не зафиксировано; концентрация NO₂ оставалась ниже 2 ppm. iNO оказал выраженное влияние на концентрацию гликопротеина 5(–4,80 ± 9,02 vs + 0,36 ± 7,05, p = 0,054), снизил прирост эндотелина-1 примерно на 70% (+1,05 ± 3,86 vs + 3,47 ± 4,69 пг/мл, p = 0,082), что свидетельствовало об усилении эндотелиальной активности. Вариабельность N-концевого про-мозгового натрий-уретического пептида (NT-proBNP) в группе iNO была на 86% меньше, чем в контрольной группе. Снижение конечно-диастолического объема было в 7,9 раза большем в основной группе (–12,7 vs –1,6 мл, p = 0,268). В обеих группах через 24 часа отмечено статистически значимое повышение уровня калия относительно исходного уровня (контроль: p = 0,019; iNO: p = 0,002).

Заключение. Применение iNO в дозе 40 ppm при лапароскопических операциях на органах брюшной полости представляется безопасным. Выявлены комплексные эффекты в отношении факторов свертывания, эндотелия, сердечной нагрузки и электролитов, что обосновывает проведение масштабных рандомизированных исследований для подтверждения органопротективных эффектов.

Цель – оценить возможность определения риска послеоперационных осложнений и летального исхода у пациентов с периферическим раком легкого на основании абсолютных (V’O₂peak) и относительных (V’O₂peak% от должного) значений показателя потребления кислорода на пике физической нагрузки.

Материалы и методы. Исследовали 128 пациентов с периферическим раком легкого (68±8) лет, прооперированных в клинике ПСПбГМУ им. И. П. Павлова в 2018–2023 гг. Все пациенты проходили кардиореспираторное нагрузочное тестирование (КРНТ) за 3–7 дней до операции. V’O₂peak регистрировали при максимальном уровне нагрузки, рассчитывали на основе метода скользящих средних значений 5 из 7, V’O₂peak% от должного – на основании линейной зависимости по возрасту и полу. Для анализа пациентов разделили на группы в зависимости от наличия послеоперационных осложнений и исхода госпитализации (выписка или летальный исход). Для статистической обработки данных использовали: t-критерий Стьюдента, U-критерий Манна – Уитни, хи-квадрат Пирсона, точный критерий Фишера.

Результаты. При сравнении группы пациентов с осложнениями и без не удалось выявить различий по показателю V’O₂peak (p = 0,972). Вероятность развития осложнений у больных с V’O₂peak > 15мл/мин/кг была ниже в 1,065 раза по сравнению с группой, где V’O₂peak ≤15мл/мин/кг; различия не были значимыми (ОШ = 0,939; 95% ДИ: 0,410 – 2,152). При сравнении V’O₂peak в группах пациентов с летальным исходом и выписанными пациентами различий выявлено не было (p = 0,387). При сравнении группы пациентов с осложнениями с группой без них не было выявлено различий по V’O₂peak % от должного (p = 0,67), также не было выявлено значимых различий при сравнении группы пациентов с летальным исходом с группой выписанных пациентов (p = 0,735).

 Заключение. Полученные результаты свидетельствуют о том, что абсолютные и относительные значения показателя потребления кислорода на пике нагрузки (V’O₂peak) не являются надежными предикторами риска развития послеоперационных осложнений или летального исхода у оперируемых пациентов с периферическим раком легкого.

Введение. Увеличение выживаемости в остром периоде критических состояний привело к увеличению популяции пациентов с хроническим критическим состоянием (ХКС). Ключевым механизмом ХКС считается триада воспаления, катаболизма и иммуносупрессии (ICS), однако временная структура ее существования и внутренние взаимосвязи между характеристиками течения ранее не изучались.

Цель – оценить внутренние взаимосвязи между временными параметрами течения хронического критического состояния и динамикой триады воспаления, катаболизма и иммуносупрессии.

Материалы и методы. Проведен анализ данных базы RICD (n = 820). Критерии включения: возраст > 18 лет, первая госпитализация в ОРИТ, наличие ≥ 1 эпизода ICS (СРБ > 20 мг/л, альбумин < 30 г/л, лимфоциты < 0,8∙10⁹/л). Анализировали демографические и лабораторные показатели, длительность пребывания в ОРИТ до ХКС, длительность ХКС, количество и длительность эпизодов ICS, доля ICS в ХКС. Применялся корреляционный анализ Спирмена.

Результаты. В анализ включено 820 пациентов. Медиана длительности пребывания в ОРИТ до развития ХКС составила 6 дней (макси- мально 277 дней) и положительно коррелировала с уровнем лимфоцитов (r = 0,57) и альбумина (r = 0,40), отрицательно – с баллом SOFA (r = –0,17) и уровнем СРБ (r = –0,29). Медиана длительности ХКС – 21 день (максимально 446 дней), доля времени ICS в структуре ХКС – 28,6% [11,1–57,1%]. Выявлена сильная отрицательная корреляция между длительностью ХКС и долей времени ICS (r = –0,67) при отсутствии связи между долей ICS и количеством эпизодов (r = 0,07). Частота осложнений: нозокомиальная пневмония у 72,6%, сепсис у 28,7%, полиорганная недостаточность у 80,5%.

Заключение. Хроническое критическое состояние представляет собой дискретный процесс с эпизодическим возникновением триады ICS, формирующий две траектории: короткое интенсивное течение с высокой долей ICS либо пролонгированное с редкими эпизодами декомпенсации. Длительность продленного критического состояния отражает «запас прочности» пациента и может рассматриваться как окно для предотвращения развития ХКС.

Цель – оценить экспрессию гена интерлейкина-6 (IL-6) как предиктора тяжелого течения уросепсиса и обосновать ее включение в диагностический алгоритм.

Материалы и методы. Проведено проспективное клиническое исследование. В исследование включено 90 пациентов: 30 больных с воспалительными заболеваниями почек, осложненными уросепсисом и/или септическим шоком (1-я группа), 30 пациентов с неосложненным послеоперационным течением после хирургического лечения нефролитиаза без признаков сепсиса (2-я группа) и 30 практически здоровых добровольцев (группа контроля). На 4 этапах наблюдения (госпитализация/до операции, 1-е, 3-и и 7-е сутки) оценивали клинико-лабораторные показатели, тяжесть органной дисфункции по шкале SOFA (Sequential Organ Failure Assessment), традиционные маркеры воспаления (лейкоцитоз, лейкоцитарный индекс интоксикации – ЛИИ, С-реактивный белок – СРБ, прокальцитонин – ПКТ) и экспрессию гена IL-6 (IL-6). Статистический анализ включал непараметрические критерии, корреляционный и ROC-анализ.

Результаты. У пациентов с уросепсисом экспрессия гена IL-6 на момент поступления была статистически значимо выше, чем в группе контроля и у больных с неосложненным послеоперационным периодом (2,06 [1,58; 2,89] против 0,049 [0,03; 0,09] и 0,43 [0,25; 0,55] относит. ед.; p < 0,001). Пик экспрессии IL-6 приходился на момент госпитализации и предшествовал максимальному повышению лейкоцитов, ЛИИ, СРБ и ПКТ, которые достигали наибольших значений на 1-е сутки интенсивной терапии. На этом этапе экспрессия гена IL-6 статистически значимо коррелировала с тяжестью органной дисфункции по SOFA (R = 0,394; p = 0,031) и интегральным индексом воспаления. RO C-анализ показал наибольшую прогностическую ценность экспрессии IL-6 для выявления тяжелого течения уросепсиса (AUC 0,767; 95% ДИ 0,569–0,965; p = 0,028), тогда как AUC для ПКТ составила 0,741 (95% ДИ 0,553–0,930; p = 0,046), для ЛИИ – 0,682, для SOFA – 0,651; общий лейкоцитоз и СРБ имели низкую самостоятельную предсказательную способность (AUC 0,560 и 0,511 соответственно).

Заключение. Экспрессия гена IL-6 является ранним и высокочувствительным молекулярно-генетическим маркером системного воспалительного ответа у больных с воспалительными заболеваниями почек, осложненными уросепсисом и/или септическим шоком, опережающим по динамике роста традиционные лабораторные показатели. Включение определения экспрессии IL-6 в диагностический алгоритм позволит повысить точность ранней стратификации риска тяжелого течения уросепсиса и оптимизировать тактику интенсивной терапии.

Введение. В диагностике и лечении сепсиса у детей чрезвычайно важен сравнительный анализ различных инструментов оценки тяжести органной дисфункции.

Цель – сравнительная оценка дискриминационной способности шкал оценки тяжести органной дисфункции Phoenix-4, Phoenix-8 и pSOFA при сепсисе у детей.

Материалы и методы. Дизайн исследования – ретроспективное, обсервационное, одноцентровое. Диагностику сепсиса и шока проводили на основании российских рекомендаций по диагностике и лечению сепсиса у детей. Обследовано 97 пациентов. Септический шок был диагностирован у 26 (26,8%) пациентов, умерло 19 (19,6%) детей. Конечная точка исследования – 28-дневная летальность. Наиболее частой причиной сепсиса была пневмония, которая выявлена у 82 (84,5%) детей. Статистическую обработку данных проводили с помощью программы MedCalc® Statistical Software (www.medcalc.org).

Результаты. Установлено, что у детей с сепсисом информационная ценность шкал Phoenix-4, Phoenix-8 и pSOFA сопоставима. При наличии в структуре полиорганной недостаточности почечной дисфункции риск развития летального исхода значительно возрастает. Умеренная дискриминационная способность присуща шкалам Phoenix Score Sepsis 8 и рSOFA; информационная ценность системы PSS-8 статистически значимо превышает возможности шкалы рSOFA (AUG ROC 0,676 против 0,607; p < 0,05). Почти у всех детей (21 из 23) с дисфункцией почек имелись клинико-лабораторные признаки шока.

Заключение. Дискриминационная способность шкал Phoenix Score Sepsis 4 и Phoenix Score Sepsis 8 при сепсисе у детей не имеет достоверных различий, однако оценочная система Phoenix Score Sepsis 8 имеет преимущества перед шкалой Phoenix Score Sepsis 4 и pSOFA при оценке клинических исходов септического шока.

Введение. Сердечно-легочная реанимация (СЛР) – стандартная процедура при остановке кровообращения, но в ряде случаев не показана. Распоряжение «Не реанимировать» («Do Not Resuscitate», DNR) давно практикуется во многих странах мира. Изучению практики отказа от СЛР в Российской Федерации уделяется мало внимания.

Цель – изучить, как в России реализуется система удержания налогов, сравнить ее с международной практикой, выявить проблемы и перспективы их решения.

Материалы и методы. Изучены российские нормативные документы, клинические рекомендации, журнальные статьи, интернет-ресурсы, имеющие отношение к отказу от СЛР. В англоязычных ресурсах о распоряжении DNR выполнен поиск материалов, в которых изучались проблемы отказа от реанимации, схожие с российскими.

Результаты. В РФ, согласно правовым актам, отказ от СЛР обоснован при неизлечимых заболеваниях. Четкие критерии неизлечимых заболеваний отсутствуют, что препятствует открыто реализовывать отказ от СЛР. Клинические рекомендации Федерации анестезиологов и реаниматологов «Остановка сердца (взрослые пациенты» 2025 г. (КР) предлагают, чтобы врачебный консилиум принимал решение об отказе от реанимации на основании списка паллиативных состояний. Во многих странах мира отказ от СЛР, основанный на установлении врачами в одностороннем порядке медицинской тщетности, считается неэтичным. Концепция распоряжения DNR базируется на заблаговременном решении пациента, родственников и врачей, гарантирующем соблюдение принципа автономии пациента.

Заключение. Предложения КР относительно отказа от СЛР не соблюдают автономию пациента и не обеспечивают надежную юридическую защиту медикам. Необходимо приступить к обсуждению практики заблаговременного планирования помощи в конце жизни, включая отказ от СЛР.

Введение. Механическая мощность (ММ) – интегральный показатель вентиляционной нагрузки, однако многообразие расчетных формул и их различная точность ограничивают клиническое применение концепции.

Цель – провести обзор и сравнительный анализ математических моделей расчета ММ при различных режимах искусственной вентиляции легких, рассмотреть их физические основы, ограничения и возможности практического применения.

Материалы и методы. Нарративный обзор литературы. Поиск публикаций выполнен в базах PubMed, Cochrane Library, Google Scholar, eLibrary за период 1990–2025 гг. Анализировались работы, посвященные геометрическому методу расчета ММ, уравнению Gattinoni, суррогатным формулам для вентиляции с контролем по объему (VCV) и давлению (PCV), валидации формул и клиническим пороговым значениям ММ.

Результаты. Выделены два подхода к расчету ММ: геометрический метод (эталонный, основан на интегрировании площади под кривой «давление-объем») и суррогатные алгебраические уравнения, рассчитываемые по параметрам респиратора. Уравнение Gattinoni (2016) выведено из уравнения движения газа и учитывает эластический и резистивный компоненты работы дыхания. Суррогатные формулы для VCV и PCV демонстрируют приемлемую точность в стандартных условиях вентиляции для большинства формул (bias ~ 1 Дж/мин), однако их точность снижается при экстремальных параметрах вентиляции. По экспериментальным данным, значения ММ выше 12 Дж/мин ассоциируются с ВИПЛ (диффузный отек). В клинических исследованиях значения выше 17 Дж/мин независимо ассоциировались с повышенной госпитальной летальностью.

Заключение. Концепция ММ представляет интерес как интегральный показатель энергетической нагрузки на дыхательную систему. Существующие суррогатные формулы могут использоваться для клинической стратификации риска при условии понимания ограничений каждой из моделей и индивидуализации подхода с учетом антропометрических данных и функционального состояния легких пациента.

Введение. Спонтанный пневмоторакс как дебют метастатической остеосаркомы у детей встречается крайне редко. В представленном случае массивное поражение периферических отделов легких у больного с остеосаркомой правой большеберцовой кости привело к развитию двустороннего спонтанного пневмоторакса. Проведение эффективной полихимиотерапии позволило достичь значительного уменьшения количества метастазов, однако сформировавшийся на фоне регресса метастатических очагов массивный спаечный процесс и предшествующие многократные дренирования плевральных полостей в дебюте заболевания создали препятствия для дальнейшего хирургического лечения.

Цель – продемонстрировать успешное применение интраоперационной вено-венозной экстракорпоральной мембранной оксигенации (ВВ-ЭКМО) для предотвращения критических респираторных осложнений и обеспечения безопасности анестезиологического пособия.

Материалы и методы. Представлено клиническое наблюдение пациента 15 лет с остеосаркомой правой большеберцовой кости (стадия T2N1M1). В связи с развитием двустороннего пневмоторакса и формированием массивного спаечного процесса в плевральных полостях, препятствующего полноценному расправлению легочной ткани, выполнено двустороннее торакальное вмешательство (адгезиолизис) в условиях интраоперационной ВВ-ЭКМО.

Результаты. Применение ВВ-ЭКМО позволило безопасно выполнить полный адгезиолизис, добиться расправления обоих легких и создать условия для последующего радикального лечения. Время ЭКМО-поддержки составило 31 час. Через 6 недель пациенту успешно выполнено эндопротезирование правого коленного сустава. Пациент вернулся к протоколу химиотерапии.

Заключение. Представленный клинический случай демонстрирует, что ВВ-ЭКМО может эффективно использоваться не только как метод экстренной респираторной поддержки, но и как плановый инструмент обеспечения хирургической безопасности у пациентов с тяжелыми респираторными ограничениями. Применение ЭКМО позволило преодолеть ограничения, связанные с невозможностью безопасной вентиляции легких, обеспечить выполнение адгезиолизиса с последующим переходом через шесть недель на радикальный этап лечения.

Введение. Дорожно-транспортные происшествия (ДТП) в зоне боевых действий представляют особую проблему, связанную с задержкой эвакуации и невозможностью быстрой доставки в травматологический центр соответствующего уровня. В условиях оказания догоспитальной помощи, когда время играет решающую роль, а кровотечение представляет непосредственную угрозу для жизни, своевременное проведение трансфузии может улучшать исходы.

Цель – продемонстрировать возможность осуществления трансфузии крови в условиях вынужденно удлиненного догоспитального этапа.

Клинический случай. Пострадавший оказался заблокирован в автомобиле. Доврачебная помощь оказана на месте происшествия. После извлечения из автомобиля пострадавший доставлен на развернутый этап эвакуации, где была оказана расширенная первая врачебная (с элементами квалифицированной) помощь: переливание цельной крови, компонентов крови, стабилизация переломов таза и крупных трубчатых костей.

Результаты. Своевременное восполнение кровопотери демонстрирует положительное влияние на прогноз у пациентов с острым массивным кровотечением. Цельная кровь является наиболее эффективным средством для коррекции кровопотери благодаря своему комплексному гемостатическому действию. В связи с этим, раннее применение консервированной цельной крови универсальной группы представляется многообещающим инструментом для коррекции кровопотери.

Заключение. Использование цельной крови универсальной группы 0(I) Rh(–) как стартового средства может быть оправдано скоростью и сбалансированностью. В сочетании с хирургическим контролем повреждений эта тактика может улучшить выживаемость при тяжелых сочетанных травмах.

Цель – сравнить эффективность различных схем безопиоидной анестезии (БОА), включая комбинации с регионарными и фасциальными блоками, на респираторные исходы, время пробуждения и профиль безопасности у пациентов с ожирением (ИМТ ≥ 35 кг/м²), подвергающихся бариатрическим и лапароскопическим абдоминальным операциям.

Материалы и методы. Проведен поиск литературы в PubMed/MEDLINE, Cochrane CENTRAL, Embase, Web of Science и eLibrary/РИНЦ (январь 2014 – январь 2026). Включены рандомизированные контролируемые исследования (РКИ), проспективные наблюдательные исследования, систематические обзоры и метаанализы, оценивающие: (1) диафрагмальную дисфункцию, (2) спирометрические показатели и десатурацию, (3) время пробуждения и экстубации, (4) брадикардию и гемодинамическую стабильность, (5) качество восстановления (QoR). Критерии включения: взрослые с ИМТ ≥ 35 кг/м², бариатрические и/или лапароскопические абдоминальные операции, применение БОА ± регионарная анестезия. Дополнительно включены два исследования, не ограниченные популяцией с ожирением, для анализа безопасности дексмедетомидина (H. Beloeil et al., 2021) и стратегии болюсного введения (M. Xiong et al., 2025), с соответствующими оговорками при интерпретации.

Результаты. Проанализированы 11 РКИ на целевой популяции (ИМТ ≥ 35 кг/м²), 1 проспективное наблюдательное когортное исследование (NOS 7/9) и 2 дополнительных РКИ на смешанных/общехирургических популяциях (n суммарно = 1385). Количественные данные 3 систематических обзоров/метаанализов использованы для синтеза доказательств по брадикардии и сравнительной эффективности регионарных техник. ESP-блок снижает послеоперационную диафрагмальную дисфункцию (ПОДД) с 73% до 10% (OR 0,04; 95% ДИ 0,01–0,16; p < 0,001) по данным единственного РКИ. Время пробуждения удлиняется на 3–7 мин при стандартных инфузионных дозах дексмедетомидина (≥ 0,5 мкг∙кг^–1∙ч^–1), однако не удлиняется при болюсном введении без инфузии. Брадикардия при дексмедетомидине дозозависима: RR 2,81 (95% ДИ 1,34–5,91) при дозах ≥ 0,7 мкг/кг. QLB-блок (блокада квадратной мышцы поясницы) обеспечивает наибольшую длительность анальгезии с минимальным влиянием на гемодинамику.

Заключение. На основании имеющихся данных ограниченного качества, перспективная схема БОА для пациентов с ожирением высокого респираторного риска может включать комбинацию низких доз дексмедетомидина (болюс 0,5–0,6 мкг/кг без последующей инфузии), эскетамина, лидокаина и ESP- или QLB-блока. Данная рекомендация является экспертной и требует проспективной валидации. Необходимы крупные многоцентровые РКИ с первичными респираторными конечными точками.

Введение. Во второй части обзора сфокусированы клинические ситуации, где стандартные схемы обезболивания у онкологических пациентов демонстрируют ограниченную эффективность или непереносимость: смешанные фенотипы боли, выраженный нейропатический компонент и индуцированная химиотерапией периферическая нейропатия (CIPN). Рассмотрены фармакологические подходы, потенциально пригодные к внедрению при разумной организации процесса, а также экспериментальные мишени, формирующие «следующую волну» таргетной анальгезии.

Цель – критически обобщить литературные данные о внедряемых и теоретически-перспективных фармакологических методах анальгезии у пациентов с онкологическими заболеваниями.

Материалы и методы. Во второй части выполнен нарративный обзор с использованием методологии поиска и критической оценки источников, подробно описанной в первой части серии; дополнительно обновлен поиск литературы по состоянию на 23.10.2025 г. с акцентом на внедряемые и экспериментальные фармакологические подходы.

Разделы. В качестве перспективных методов, готовых к рутинному внедрению, представлены: ксенон-O₂ в субанестетических режимах как вариант быстрого снижения боли/тревоги с опиоид-сберегающим потенциалом; интратекальная анальгезия с применением зиконотида эффективна при генерализованной рефрактерной боли и выраженном нейропатическом компоненте; капсаициновый пластырь 8% как локальный метод для подтипов болезненной фокальной CIPN/периферической нейропатии. В рамках экспериментальных подходов с теоретически-обоснованным потенциалом представлены: антитела к NGF, антагонисты TrkA, селективные блокаторы NaV1.7, антагонисты P2X3 (и P2X2/3), а также антагонисты σ1, модуляторы ККС2, ингибиторы CSF1R и тетрагидробиоптерин.

Выводы. Наиболее перспективным подходом является ксенон в субнаркотических концентрациях. Интратекальная терапия остается мощным вариантом контроля резистентной боли, но сопряжена с техническими трудностями и осложнениями. Капсаициновый пластырь 8% занимает узкую, но полезную нишу при фокальной болезненной нейропатии/CIPN. Экспериментальные таргеты демонстрируют потенциал фенотип-ориентированной анальгезии, однако пока не готовы к рутинному применению без накопления клинической базы.

Панкреатодуоденальная резекция (ПДР) сопровождается высокой частотой послеоперационных осложнений (30–50%) и летальности (2–5%), при этом традиционные факторы риска недостаточно отражают функциональный резерв пациента. Оценка старческой астении рассматривается как перспективный подход к периоперационному прогнозированию. В настоящем обзоре проанализированы 35 публикаций (2014–2025 гг.), посвященных применению шкал астении у пациентов, перенесших ПДР. Наиболее изученными инструментами оказались модифицированный индекс астении (mFI-11 и mFI-5), шкала клинической астении (CFS), Эдмонтонская шкала (EFS), комплексная гериатрическая оценка (CGA), индекс анализа риска (RAI) и фенотип Фрида. CFS показала самую сильную ассоциацию с летальностью (ОШ 4,89; 95% ДИ 1,83–13,05), EFS – с послеоперационными осложнениями (ОШ 2,93; 95% ДИ 1,52–5,65), а фенотип Фрида – с послеоперационным делирием (ОШ 3,79). mFI-5 > 2 ассоциировался с повышением летальности (ОР 2,08) и снижением медианы общей выживаемости (21,3 против 42,1 месяца). mFI-11 > 0,27 был независимым предиктором осложнений (ОШ 1,544) и 30-дневной летальности (ОШ 1,536). Однако ключевым результатом является низкая чувствительность всех шкал: в сравнительном исследовании семи инструментов она составила 21,5–38,5% при специфичности 76,7–92,4%. В крупнейшей когорте ПДР (n = 9986) астения по mFI ≥0,27 выявлена лишь у 6,4% пациентов, что в 4–6 раз ниже ожидаемой распространенности. RAI-C при пороге ≥21 имел чувствительность 0,50, RAI-A – 0,25. Таким образом, существующие шкалы пропускают 60–80% пациентов с астенией, особенно с ее начальными формами, что ставит под вопрос их клиническую применимость в качестве единственного скрининга. Наиболее сильная ассоциация с летальностью достигнута для CFS, с осложнениями – для EFS, с выживаемостью – для mFI-5. Учитывая низкую чувствительность, наиболее рациональной стратегией представляется проведение расширенной гериатрической оценки у всех пациентов старше 65–70 лет без предварительного скрининга, которым предстоит выполнение ПДР.

Нутритивная поддержка является неотъемлемой частью комплексной терапии тяжелобольных детей. Обзор научных публикаций показывает, что энтеральное питание (ЭП) является предпочтительным методом нутритивной поддержки при адекватных возможностях желудочно-кишечного тракта. Несмотря на то, что за последние десятилетия были разработаны многочисленные национальные и международные клинические рекомендации и алгоритмы, в вопросе питания остаются спорные моменты.

Цель – обоснование этапного подхода при разработке локального протокола нутритивной поддержки в педиатрическом отделении интенсивной терапии. Данный обзор не фокусируется на популяции новорожденных и детей до года. Всего включено 50 публикаций.

Этапный подход к созданию локального протокола включает: оценку нутритивного статуса и времени начала энтерального питания; определение целевых значений потребностей в энергии и белке, способов и методов введения нутриентов; мониторинг переносимости питания.

Современная стратегия питания в педиатрическом ОРИТ – это активная нутритивная терапия, основанная на доказанных алгоритмах, раннем использовании энтерального метода и постоянном мониторинге функции желудочно-кишечного тракта. Учитывая рекомендации по нутритивному питанию, актуальными задачами остаются дальнейшие клинические исследования, а также разработка стандартизированных протоколов питания.

В обзорной статье рассматривается синдром полиорганной недостаточности (СПОН) в педиатрической практике, включая эпидемиологию, терминологию и принципы прогнозирования. СПОН представляет собой сложный клинический синдром, связанный с высоким риском осложнений и летальности у детей в критическом состоянии. Эпидемиология СПОН остается недостаточно изученной, а распространенность варьирует от 10% до 35% среди пациентов отделений реанимации и интенсивной терапии. Основными триггерами СПОН являются: сепсис, тяжелая травма, ожоги, кардиохирургические вмешательства и онкогематологические заболевания.

Рассматриваются современные шкалы оценки органной недостаточности (pSOFA, PELOD-2, MODS, Phoenix и др.), их ограничения и необходимость усиления данных инструментов с позиции фенотипов и биомаркеров. Особое внимание уделяется перспективам использования искусственного интеллекта и машинного обучения для прогнозирования СПОН, а также роли инновационных молекулярных биомаркеров (включая некодирующие РНК, митохондриальную ДНК, маркеры нейтрофильных ловушек и т. п.) в ранней диагностике и стратификации риска. Отмечаются методологические сложности внедрения этих технологий в клиническую практику, включая необходимость внешней валидации, создание стандартизированных баз данных и преодоление нормативных барьеров.